пятница, 2 марта 2012 г.

"Все животные равны, но некоторые равнее других"

Цитата из басни Дж. Оруелла "Скотный двор" (1945г) о развращении революции в очередное диктаторство.

Христианская церковь в принципе далека от революции, но насколько соблюдается в наших рядах принцип равенства, и уместен ли он вообще? 

Никто не оспаривает, что церковь не совсем демократия. Во-первых она по сути Царство и наш Царь, хоть и слуга, превыше всех и Ему нет равных. Далее именно Он постановил во вселенской церкви Апостолов (Петр и двенадцать, Иаков, Павел), а в поместной церкви пресвитеров. Более того, мы все понимаем, что есть духовный рост, путь прогресса по которому должен двигаться каждый христианин. Есть младенцы во Христе, "немощные", а есть "отцы" (1 Иоанна 2), "духовные" (1 Кор 3), "совершенные" (Евр 5), "сильные" (Рим 14).

Однако такие разделения и градации не должны затмевать важнейшую реальность о достоинстве и равенстве народа Божьего. "Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе." (Гал 3:28) В этом смысле церковь, хоть и не демократия, все-таки является лаократией от греческого слова laos, т.е. народ (на ирвите ам). 

Истина о всеобщем священстве верующих была основополагающей во время Реформации XVI века и среди баптистов и других христиан-индепендентов XVII века. Всякий верующий во Христе, и не только духовенство или же монашество, имеет достоинство звания царя и священника (1 Петра 2:9, Отк 1:5). Эта истина отражается, например, в раннем церковном писании "Учение 12 Апостолов" (Дидахэ), где молитва всех участвующих на церковном собрании понимается как молитва священников. Лжеучение гностиков II и III веков сопровождалось элитарным разделением на "совершенных" и "простых" верующих. К сожалению со временем эта дискриминация проникла и в Великую церковь (общее течение христиан), и проявилась в разделении на "клир" и "мир" или же в прославлении монашества как более совершенный путь чем "мирская жизнь" в семье. 

Боюсь, что мы снова под угрозой элитарности, хоть у нас никто не принимает обетов в монашеских орденах и никто не уклоняется в аскетизм. Опасаюсь тенденции собирать узкие круги "посвященных", "духовных" или же "лидеров". Участие в таких группах уравняется с духовной жизнью и ростом. Косо смотрят на тех, кто их не посещает, кто за кругом "растущих". Такой подход исходит из предположения, что рост происходит не в "массе" разношёрстных членов церкви, т.е. в Теле Христовом, а в избранной команде, в малой группе.

Стремясь к "росту" неизбежно участники сравнивают себя с теми, кто еще не присоединился, кто еще не видит необходимость или же кто "сошел с дистанции" и перестал ходить на группу. Нередко вместо конфиденциальной личной беседы с человеком отсутствующих и их духовное состояние открыто обсуждают на группе с неким чувством жалости, которое порой трудно отличить от высокомерия или же осуждения, не понимая, что тем же обсужденные негласно и несправедливо подвержены церковному взысканию (ср. от Матфея 18). 

К чему призываю?

1. К полноценному уважению к достоинству всякого брата или сестры, которых Павел называет "чужого раба" (Рим 14), то есть тот, кто под господством Христа, а не под нашим господством (программой, критериями оценки, осуждением). Вопросы о духовном состоянии человека решаются в конфиденциальной личной беседе, а не в публичном обсуждении персон.

2. К полноценно церковному подходу: Христос пообещал создать не малую группу и не программу и не миссию, а церковь. И церковь включает всех, это обязательно разные, всякие, которые вместе являются Его телом. Пусть наши малые группы имеют характер "малых церквей," а не элитарных клубов для выборочной работы с теми кто "имеет потенциал".  

3. Не упраздняя место и пользу малых групп все же отстаивать, что главное место роста и ученичества есть и остается общее церковное собрание ("воскресное богослужение"). Именно там "я посреди них", именно там "сила Господа нашего Иисуса Христа", именно там "вы приступили к горе Сиону".

Начал я с Оруелла, но закончу словами Апостола Павла:

"Но теперь членов много, а тело одно. Не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; или также голова ногам: вы мне не нужны. Напротив, члены тела, которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее, и которые нам кажутся менее благородными в теле, о тех более прилагаем попечения; и неблагообразные наши более благовидно покрываются, а благообразные наши не имеют [в том] нужды. Но Бог соразмерил тело, внушив о менее совершенном большее попечение, дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о другеПосему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены. И вы--тело Христово, а порознь--члены." 
(1 Кор 12:20-27)

Комментариев нет:

Отправить комментарий