Церковь и общество (Г. Флоровский)

"The early church was not just a voluntary association for "religious" purposes. It was rather the New Society, even the New Humanity, a polis or politeuma, the true City of God, in the process of construction. And each local community was fully aware of its membership in an inclusive and universal whole. The church was conceived as an independent and self-supporting social order, as a new social dimension, a peculiar systema patridos, as Origen put it. Early Christians felt themselves, in the last resort, quite outside of the existing social order, simply because for them the church itself was an "order," an extra-territorial "colony of Heaven" on earth (Phil. 3:20, Moffatt's translation). Nor was this attitude fully abandoned even later when the empire, as it were, came to terms with the church."

(Georges Florovsky, Christianity and Culture vol 2, p132) 

"Ранняя Церковь не была просто добровольным объединением для «религиозных» целей. Она была новым обществом, даже новым человечеством, polis или роlitеuma, истинным Градом Божиим в процессе созидания. И каждая местная община вполне сознавала себя членом всеобъемлющего и универсального целого. Церковь понималась как независимый и самодовлеющий социальный строй, как новое социальное измерение, особая Systema patriados, как сказал Ориген. Первые христиане ощущали себя в конечном счете совершенно вне существовавшего социального порядка, просто потому, что для них сама Церковь являлась «порядком», своего рода экстратерриториальной «колонией Неба» на земле (Фил.3:20). От этого положения не вполне отказались даже и позже, когда империя как бы пришла к соглашению с Церковью. 

(протоиерей Георгий Флоровский, https://azbyka.ru/otechnik/Georgij_Florovskij/bogoslovskie-stati-o-tserkvi/)   

... форма приемлемого поклонения истинному Богу... (1647)

I. Свет природы показывает, что есть Бог, Который владычествует и верховенствует над всем, Который благ и добр ко всем, и поэтому Которого следует бояться, любить, прославлять, призывать, доверять и служить всем сердцем, всей душой, и всеми силами. (а) Однако, форма приемлемого поклонения истинному Богу установлена Самим Богом, и ограничена в рамках Его открытой воли так, что Ему нельзя поклоняться согласно человеческим соображениям и способам, или внушениям Сатаны, под каким-либо видимым изображением, или в какой-либо форме, не прописанной в Священном Писании. (б)

(а) Рим 1:20; Деян 17:24; Пс 118:68; Иер 10:7; Пс 30:23; Пс 17:3; Рим 10:12; Пс 61:9; Иисус Навин 24:14; Марк 12:33.
(б) Втор 12:32; Мф 15:9; Деян 17:25; Мф 4:9,10; Втор 4:15-20; Исх 20;-6; Кол 2:23.

Реальность церкви

Кажется, мои первые воспоминания о церкви - воспоминания о богослужении в сочельник накануне Рождества. Мне было где-то 6-7 лет. Прежде всего помню пение рождественских гимнов. Намного позже, уже уверовав в Иисуса Христа, я помню, как я принял водное крещение по вере и тот первый раз, когда я принял причастье.

В жизни верующего христианина церковь - богатейшее явление.

Церковь - это прежде всего носитель Божьего Евангелия. Церковь, в лице священнослужителя или возможно нерукоположенного члена церкви, передала нам драгоценную истину о Боге, о Христе, о спасении. Если сравнить церковь с семейством, то тот человек, который мне передал евангелие, "родил" меня, стал моим "отцом" по духовному рождению.

Церковь есть то место, где мы соединяемся с Богом через Иисуса, в том числе будучи погребены со Христом в крещении и вкушая Христа в причастье. Каждый верующий христианин трепетно вспоминает участие в этих святых таинствах, получает через них благодать и мотивирован ими для ежедневной духовной брани.

Церковь это место встречи с Богом. Место не в плане здания, а в смысле святого собрания. На собрании мы слышим и принимаем Слово, возносим молитвы, объединяемся в пении, предвкушаем тот Собор, который будет в вечности. Здесь мы испытываем Его любовь, восхищаемся Его совершенствами, поклоняемся перед Его величием.

Церковь - это братья и сестры: те, которые, рядом с нами, также верят, также живут, также поют и молятся. По жизненному пути мы идем не один. И в церкви есть наши "попутчики" духовные, вместе с которыми мы совершаем свое поприще. Мы живем общиной, имеем общее если не все, то хотя бы что-то: вещи, инструменты, книги, мебель и многое другое.

Среди братьев и сестер есть и наставники, примеры, герои. Возможно мы с ними пересекаемся редко, возможно какое-то время они нас наставляют и мы имеем возможность поучиться у них.

Церковь это некий опыт, практика, в том числе наша практика. Церковь это не теория, не "программа", а опыт хождения перед Богом. Церковь это плоды. Плоды не только месяцев или года, а десятилетий. Опыт наш, но и других. "По плодам их познаете их".

Церковь - это шире и разнообразнее чем узкие края моего "участка". Порой есть возможность общаться с представителями других частей Божьего виноградника: итальянцы, китайцы, финны, евреи, африканцы разного рода, латиноамериканцы, корейцы, а также представители разных конфессий. Мы имеем единство Духа, несмотря на различия и разнообразие.

Церкви тоже распространяется и по времени. Мы объединены не только со "всеми, призывающими имя Господне... на всяком месте", но и с "торжествующей" церковью, со церковью тех, кто шел впереди нас, кто уже закончил свое земное поприще и сейчас находится в Божьем присутствии. Это и "рядовые" святые и такие герои веры как Павел и сонм других, которые вокруг престол возносят молитвы.

Церковь - несовершенна. Она - невеста, но еще не жена. Она странствует, но еще не дошла до цели. Она освящается, но еще не свята. Она едина, но еще "приидет в единство веры и познания Сына Божия" Среди образов церкви есть и образ "врачебницы" поскольку ее глава, Иисус Христос гласил: "Не здоровые имеют нужду во враче, а больные". И по милости Божьей и мы причастны к этой церкви, и в ней мы, порой очень медленно, преобразовываемся в образ Сына.

"Итак никто не хвались человеками, ибо все ваше: Павел ли, или Аполлос, или Кифа, или мир, или жизнь, или смерть, или настоящее, или будущее, - все ваше; вы же - Христовы, а Христос - Божий."

(1 Коринфянам 3:21-23)

Раздробленный протестантизм?

Пожалуй одно из самых сильных обвинений в адрес евангельских христиан в том, что нет единой евангельской церкви. Следовательно, когда приводится статистика о христианской церкви, то на первом месте кто-то ставит Католическую церковь (более миллиарда членов), на втором месте Православную церковь (300 миллионов), а потом евангельские/протестантские церкви, которые в совокупности насчитывают 500-800 миллионов, делят на разные сообщества церквей: лютеране, англикане, баптисты итд.

Создается впечатление, что евангельские христиане представляют собой немногочисленное, раздробленное меньшинство "сектантов", которые не имеют значения в масштабах страны или же мира.

Вообще-то любая критика полезна, даже когда она выражена неточно или же не по тем мотивам. Конечно у евангельских христиан есть проблема с единством, кто об этом спорит.

Однако, с другой стороны, мне кажется есть ряд немаловажных факторов, в свете которых этот вопрос выглядит совсем по-другому.

1. В христианской церковь, которая по сути является "кафолической" т.е. универсальной, есть национальные "поместные" церкви. Словосочетание "поместная церковь" здесь обозначает не поместную общину, а некую национальную автономию в рамках единой церкви. Галликанская церковь во Франции, Англиканская церковь в Англии, Скотиканская церковь в Шотландии, а на православном востоке Болгарская, Русская, Сербская православная церковь. Когда при Протестантской Реформации XVI века появились англикане в Англии, пресвитериане в Шотландии, гугеноты во Франции и реформаты в Нидерландах, то это не четыре совершенно отдельных течения, а протестантская церковь в данном национальном контексте. Соответственно не было ангикан во Франции или же гугенотов в Шотландии. К примеру на Дортском синоде были представители всех этих национальных церквей. На сегодняшний день то, что есть объединение церквей в Бразилии или в Китае, в которое моя местная церковь не входит не значит, что мы не можем иметь с ним общения.

2. По вероучению протестантов церкви есть "сообщества верных людей" (цитата из 39 статей Англиканской церкви), то есть церковь определяется не сверху как централизованную структуру, в которую входят местные общины, а снизу, как общины верующих по местам, которые потом общаются между собой. Такие общины по всему миру насчитывают миллионы и каждая является полноценной церковью. Эти общины общаются друг с другом: с какой-то другой общиной ближе (например, входя в одну структуру или братство), а с какой-то общиной менее близко (например, разделяя общее вероучение или время от времени имея общение друг с другом). Но единство между этими общинами не сводится к наличию или же к отсутствию единой централизованной структуры. "Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я среди них." (Мф 18:20)

3. Если определить границы протестантства тем, кто с кем имеет общение алтаря и кафедры, то за некоторыми исключениями, почти всеобщая практика протестантов - "открытая трапеза", то есть к участию в причастью принимаются членов всех христианских церквей. Будучи членом любой протестантской церкви, человек имеет общение с 500+ миллионами единоверцев по всему миру.

4. Как тогда понять вопрос о единстве? К какому единству стремиться? Во-первых, есть то единство, которое просто является фактом: один Господь, одна вера, одно крещение. В этом смысле все христиане всех конфессий уже имеют духовное единство. Во-вторых есть то единство, к которому мы стремимся и приближаемся. "Доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова" (Еф 4:13). Такое единство подразумевает любовь к другим верующим (в том числе в других конфессиях) и служение им, рост во Христе, познание истины вместе с другими членами тела Христа.

Имеется ли в виду какое-то организационное единство? На сегодняшний день есть разные организации, которые объединяют множество евангельских церквей. К примеру, есть Евангельский Альянс или же Лозаннское движение. Подобно "взаимно скрепляющим связям", о которых говорит Апостол, они укрепляют тело Христово. Есть и разные форумы для взаимодействия между христианами католическими, православными и протестантскими.

Наверно у каждого есть свой ответ на вопрос о единстве. Проще всего наверно вариант по которому кто-то может принудить всех остальных присоединиться к нему и всем навязать свое учение, но будет ли это "единство веры и познания Сына Божия" или просто монолитная суперцерковь? Есть единые церковные структуры, в том числе самые известные, о которых мы упоминали выше, которые, имея формальное единство, не имеют единства в евангельской истине или же в общинной жизни. Чем это лучше?

А что делать сейчас, пока еще нет единства? Это то же, что и спросить: А что делать пока нет 100% познания Божьей истины? А что делать сейчас пока церковь еще не свята? Что делать сейчас пока верующие еще грешники?

Слава Богу, что Он любит свою церковь какая она сейчас есть и не оставляет ее. Слава Богу, что она "возрастает в святой храм в Господе... и вы устрояетесь в жилище Божие Духом" (Еф 2:21-22). Слава Богу, что, "приступая к Нему, камню живому... и сами как живые камни [устрояем] из себя дом духовный" (1 Петра 2:4-5). 

"Шансы на спасение"

Тот человек, который мне написал эту фразу (он предпочитает, чтобы я его не цитировал), хотел доказать преимущества своей христианской традиции над моей. Его традиция якобы славится историей, а моя - неполноценная, скудная, самодельная. Поэтому надо, чтобы я и христиане моей традиции оставили свои "общины", и перешли в другую, настоящую церковь И что нас там ждет? Что может предложить сама лучшая в мире церковь (а может и единственная)? Ответ: "шансы на спасение". Та же фраза звучит и в звукозаписи более официального представителя. Пока жду ответа на вопрос о первоначальном источнике.

Кто так верит? Отец разве послал Сына Своего Единородного в наш мир зла для того, чтобы дать нам "шансы на спасение"? Разве мы, принимая драгоценную весть о Спасителе, лишь увеличиваем свои шансы? Эти слова напоминают букмакерскую контору. Так рассуждает тяжело больной пациент, который занимается самолечением (вспомните Steve Jobs). Возможно так инвестирует свои деньги спекулянт на фондовом рынке. Но не верующий в Господа нашего Иисуса Христа. Верующий в Него не стыдится. Я знаю - пишет Апостол - в Кого уверовал, и уверен, что он силен сохранить залог мой на оный день. Именно это - апостольская вера. И она мне близка.

Христос, Спаситель наш, пришел в наш мир, чтобы спасти грешников. И Он их спасает. И Петра и разбойника и Марию Магдалину и Никодима. И к тем, кто к ним обращался, Иисус говорил однозначно: "вера твоя спасла тебя". Вера живая, конечно, вера, которая "действует любовью". Но спасает. И сегодня Тот, кто сидит одесную Отца спасает людей своих и всякого, кто через веру присоединяется к ним. Вот это - церковь: сомн спасаемых. Вне этой церкви нет спасения (Extra Ecclesiam nulla salus est - так говорил отец церкви, Киприана).


В поиске истинной церкви первым делом интересуйтесь этим вопросом: есть ли у вас спасение? Если нет, то ищите дальше. 

Церковь - врачебница для больных грехом, ведь Иисус "Врач для больных". Пациенты туда приходят, естественно, не со своими требованиями, а в смирении. Но они в праве интересоваться: а что вы мне можете предлагать? Кто-то ответит: у нас есть самые образованные врачи с всеми регалиями и дипломами. Другой: а у нас самое лучшее и дорогое оборудование. Третий: у нас самые комфортные кровати и рядом стоит удобная тумбочка.

Но пациент не успокаивается. Он смело задает вопрос: А я у вас вылечусь? Люди здесь вообще выздоравливают? Представьте такой ответ: ну, шансов больше, страхуйтесь, кто его знает, может и да. Получив такой ответ, ты бы ложился в такую больницу? Я - нет. 

Общины и церковь

"Мы верим, что особые общины, которые существуют в различных местах, должны проявить себя через исповедание своего упования, через богослужения и через труд их любви. Но мы также верим, что над всеми этими особыми общинами, которые были, есть и будут, перед Богом существует одна, святая, всеобщая церковь, которая состоит из всех возрожденных и составляет единое Тело, Глава которого есть Иисус Христос, и члены которого станут полностью очевидными только тогда, когда наступит День Господень."

Статья № 15, Вероисповедание свободной евангельской церкви, г. Эльберфельд-Бармен (1854)

Сектант!

Пожалуй, одно из самых часто встречаемых и скудно обоснованных обвинений в адрес протестантов и евангельских хритиан в России: "сектант".

Недавно я прочитал статью на сайте одного местного телеканала, в которой очередной раз обозначили членов моей христианской конфессии "сектантами" и "адептами нестандартной религии".

В свете светской конституции РФ и во избежание религиозной розни (что является преступлением против закона), я предлагаю искать новых терминов для обозначения религиозных меньшинств.

Но давайте разберемся, что такое "церковь" и что такое "секта". 

Если смотреть именно с богословской точки зрения, то каждый считает себя именно церковью и не сектой. Баптисты имеет свою концепцию о том, что такое истинная церковь (при этом не претендуя на исклюзивность и не отказывая и другим церквам в праве быть церковью). Истинная церковь - собрание верующих, где истинно проведуется Евангелие, верно преподаются таинства и где практикуется церковная дисциплина. Вот цитата из вероучения самых первых баптистов:

Хотя по отношению ко Христу, церковь – одна, однако она состоит из различных частных общин (конгрегаций), столько, сколько существует в мире, каждой из которых, хоть она [состоит] только из двоих или троих, даны Христос и все средства ко спасению, и [каждая из которых] является телом Христовым и целой [или: полноценной] церковью.
(Декларация веры, 1611г)

А что насчет тех, кто "не наши", представления которых о церкви отличаются от наших? Есть путь эксклюзивности, по которому все остальные "христиане" вовсе таковыми не являются. Но каждая конфессия обычно имеет категория для обозначения настоящих христиан в других конфессиях. К примеру Римо-католический собор Ватикан II 1968г называет православных и протестантов не "сектантами", а "отделенными братьями". По богословским соображениям те церкви, которые не имеют апостольскую преемственность, называют не "церковью", а "общиной", но все-таки не чернея их ярлыками.

А если смотреть на вопрос с социологической точки зрения, то эти же термины приобретают немного другой смысл. Это основывается на работах таких социологов как Вебер, Трёльч, Ричард Нибур и другие. В их осмыслении этого вопроса "секта" и "церковь" обозначают разные религиозные объединения и их место в обществе. Объединения отличаются разными критериями:

• Для Вебера ключевой критерий - форма членства, то есть каким образом человек становится членом данной религиозной организации: через рождение (церковь) или же через личное решение (секта). 
• Трёльч и Нибур подчеркивают другой критерий. а именно "религиозное поведение". 
• А Джонсон считает решающим отношение данной группы к окружающему обществу (принятие или же отвержение). 

Очень поучительно определение Вебера, в котором он различает между "церковью" и "сектой":

"церковь есть обязательное объединение для преподавания благодати, а секта есть добровольное объединение религиозно соответствующих лци". 

Из этой цитаты видно, что и "церковь" и "секта", опять же в этом строго социологическом смысле, имеют свои плюсы и минусы. При этом от черно-белого различия между сектой и церковью в толковании Вебера социологи и богословы перешли к концепции о "диапозоне". "Церковь" и "секта" - две крайности, идеалы, которых нет в натуре, а все религиозные объединения находятся где-то на этом диапозоне от секты до церкви.

Тогда вопрос: являются ли баптисты "сектой"? Баптисты условно являются "сектой" в строгом социологическом смысле, если под термином "секта" имеется в виду, что данное объединение является религиозным меньшинством на дорбовольной основе в отличие от религиозной монополии на основе рождения, культуры и государственности. В этом же смысле в сегодняшней России православные-старообрадцы тоже являются "сектой" также как и православная церковь в Японии. А в Российском Татарстане или же в мусульманских странах господствующая форма Ислама является "церковью" в этом же строгом социологическом смысле. Слова "секта" и "церковь" в данном случае несут лишь социологический, а не богословский смысл.

И все-таки, секта или не секта? Я думаю, что в услових светского государства и общества XXI века давно пора перейти на неоскорбитльное обозначение различных религиозных групп. Баптисты являются инославными христианами, протестантской христианской конфессией, религиозным меньшинством. Есть множество подходящих, необидных терминов для обозначения нас и других подобных христианских церквей.

"Только бы не пострадал кто из вас, как убийца, или вор, или злодей, или как посягающий на чужое; а если как Христианин, то не стыдись, но прославляй Бога за такую участь."
(Первое послание Петра 4:15,16)    

Красота спасет мир?

"Красота спасет мир" - написал Достоевский, имея в виду не гламурную красоту тел и волос, а прекрасного человека, личностно и нравственно отражающего Источника Света и Добра.

А порой в евангельской среде боюсь мы начали верить, что мир спасет красноречие, то есть проповеди.

Дело в том, что мы очень ценим Слово Божье. Мы верим в его погрешимость, Мы признаем только Писание последним авторитетом по всем вопросам вероучения, нравоучения и церковной практики. Мы изучаем его, конспектируем. Но к нашей беде Слово Божье превратилось из средства в самоцель.

"Красноречие спасет мир." Какой смысл я вкладываю в этот тезис (который я, естественно, оспариваю)?

Вся назидательная работа в церкви сводится к изложению и провозглашению истины, особенно в форме проповеди-монолога.

Вершниа духовной жизни для кого-то заключается в слышании прекрасных проповедей. Они могут быть прекрасными своим словесным выражением, своей эмоциональностью, своими логическими доводами, но дело в том, что само произнесение проповеди является некой конечной точкой.

Далее, для поднятия ценности Слова, опускается ценность ряда других вещей: назидание общины, социальное служение, участие в обществе. Якобы эти вещи отвлекают от главного "духовного" предназначения церкви.

Могу продолжить, но думаю хватит. А что тогда предлагаю взамен?

На самом деле ценнейшее Слово Божье есть средство, а не самоцель. 
Слово Божье есть обращение Бога через Иисуса Христа к своему народу. В этом смысле, как и во всяком общении, сами слова служат отношениям. По-любому в общении две стороны: кто и кому. Если сравнить наши формы с библейскими и историческими, то служение Слова представляет собой некий диалог, живое общение между кем-то и кем-то, ответ на нужды того времени, вопрос-ответ. Можно сравнить те объявления о безопасности пассажиров которые раньше говорили в метро через громкоговоритель с тем, как мама объясняет ребенку то что самое, лично взразумляя его. Первый случай - "радиослужение", а второй случай пасырское служение. Даже при сохранении формы проповеди-монолога, проповедь заключается не только в изложении истины, но в применении истины к конкретным, знакомым людям и к тому времени, в которое мы живем. Проповедник который прекрасно излагает отрывок на пункты, но при этом не подумал какое это имеет отношение к тем конкретным людям, которые перед ним сидят и слушают его, и к их конкретным ситуациям, вещает в эфир без слушателей.

Дальше, слово "слышание" следует толковать в свете Писания не только как "понимание" но как "восприятие" и "послушание". Быть свидетелем провозглашения Божьих истин только одна часть процесса сообщения и если она не сопровождается другими частями, то скорее во осуждение. Мы должны внимать Божьему слову: вопринимать и исполнять его.

Хорошо, Слово - средство. А какова тогда цель? Можно конечно сказать "слава Божья через Иисуса Христа" ведь это и есть цель всего. Но это будет неполноценным ответом. Цель славы Божьей через Иисуса Христа достигается через спасение мира в церкви и через те плоды, которые приносит церковь. Поэтому ставить проповедь приоритетом выше чем общинная жизнь или социальное служение то же самое что и столовая, которая уделяет все внимание закупке продуков и приготовлению пищи, но при этом нечайно загораживая выход из столовой мешками продуктов. Народ придет, поест и застрянет в столовой.

IMHO.

Отзыв о статье: "Мы называем себя верующими..." (Журнал Pscychologies, выпуск март 2016)

Иногда покупаю журнал Psychologies. Суду по фотографиям, рекламированным в ней товарам и по содержанию статей, то аудитория преимущественно женская, но журнал,

я считаю, очень хорошо "ловит волну" проблем и вопросов современного человека. Порой тематика статей прямо "в десятку" попадает.

Вот и в последнем номере статья о религии: "Мы называем себя верующими..." Статья задает вопрос: "Какое значение имеет религия лично для вас?" Дело в том, что мировоззрение такого журнала относится к современному, по сути атеистическому (или по крайней мере а-религиозному) постмодерну французского вдохновения. Истина не в Боге и не в науке, а в психологической "аутентичности": найти и понять свое "я". А вот в России, особенно, сталкиваются с таким явлением как пост-атеистическая религиозность. Вопреки теориям о секуляризации в таких современных странах как Россия, Китай, Северная Корея, США и не только религия не вымирает "как положено" а продолжает расти и играть значительную роль в жизни человека. 

Разбирая тему, автор статьи, Юрий Зубцов, различает внешнюю религиозность от внутренней, естественно в пользу второй. Основывает он различие на работе некоего Gordon Allport. Данное различие видит во внешней религиозности неосознанное подчинение и переложение личной ответственности на авторитетный институт церкви в лице священнослужителей в ущерб собственной совести. А внутренняя реглигиозность подразумевает внутреннюю работу, нравственность и толерантность. Мне очень понравились следующие слова: "Даже атеисты вряд ли будут отрицать величие и красоту центральной идеи христианства: жертву Иисуса Христа ради спасения людей". 

И все-таки есть "но". Дело в том, что в этом различии скорее таится поиск косвенной пользы веры для посиюсторонней жизни. Вера якобы не имеет значения столько в качестве веры в Бога, сколько исходя из той косвенной пользы, которая она приносит в сей жизни: "Тогда как именно нравственная работа составляет основу религиозности." Эта мысль почто дословно повторяет мысль Иммануила Канта, философа эпохи Просвещения. А на самом деле все наоборот: любовь к тому, кто рядом, основана на вере в Бога и на Его любви к нам. "Возлюбленные! если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга." (1 Иоанна 4:11) 

Еще хочу отметить, что различие между "внешней" и "внутренней" религиозностью строится на концепции о властной, авторитетной церкви-посреднике ("приходская церковь"). Но ведь есть и более древняя и более современная концепция о церкви как о добровольной общине верующих. Такая церковь не является отдельным от меня посредником между мной и Богом, а эта церковь - мы, то есть церковь как сообщество тех, кто вместе практикует "внтреннюю" религиозность. 

Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались (о малых группы по изучению Библии)

Скажу откровенно: я был прямо в восторге от того, что Влад Трескин рекламировал мою книгу как вариант для материала для проведения малой группы. Кстати в издательстве "Посох" уже давно готовится второй том "Вместе изучаем Библию", все уже отредактировано, жду верстку и скоро надеюсь и те занятия (в том числе по книге Откровения) будут доступны всем верующим и церквам в русско-язычном пространстве.

Так вот, на волне энтузиазма о том, что рекламируют мою книгу, я хотел бы поделиться некоторыми мыслями и пожеланиями для малых групп, которые уже стали повсеместным явлением в церквах.

1. Группа, это - люди. Мы собрались "вокруг Слова" но это вовсе не значит, что мы превращаем христианское общение в семинар или лекцию. "Где двое или трое собраны во имя Мое" - вот обстоятельства при которых Господь обещает свое присутствие. Знакомьтесь, общайтесь, слушайте, учитесь друг от друга, любите, служите друг другу.

2. Слово Божье, это - встреча. Под этим я имею в виду, что каждый раз когда мы открываем Библию, слушаем проповедь, участвуем в малой группе к нам обращается Бог. Помните слова Апостола: "Посему и мы непрестанно благодарим Бога, что, приняв от нас слышанное слово Божие, вы приняли не как слово человеческое, но как слово Божие, --каково оно есть по истине, --которое и действует в вас, верующих." (1 Фесс 2:13) Когда вы читаете отрывок вслух и когда вы обсуждаете текст Писания, имеете в виду, что вы взаимодействуете не с мертвой буквой, а с живым голосом и с Тем, чей это голос.

3. Все просто и все сложно. Наше чтение Писания не должно увести нас от главного послания Библии, а именно от Евангелия. Избегайте странных выводов на основании каких-то сложных рассуждений. Иисус говорил о Ветхом Завете: "Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне." С другой стороны каждый отрывок и каждый раз когда мы обращаемся к какому-то отрывку мы должны вникать в особенность именно этого места Писания, не довольствуясь общими, старыми, избитыми истинами, а копая, ища глубину. Один отец церкви так выразил данный парадокс: "Слово Божье... есть река... в которой овечка может ходить, а слон может плавать"

4. Библия и актуальная и неактуальная. Это я говорю про "применение". Дело в том, что порой мы требуем, чтобы проповеди и малые группы были актуальными, практическими, имели отношение к нашим вопросам и заботам. По-любому Божье Слово имеет отношение ко всему в нашей жизни, но не просто одобряя наши планы и приоритеты, словно ставя печать на них. По сути Божий атрибут святости говорит о коренной неактуальности Бога по отношению к тварному, а тем более к грешному миру. Возможно наши вопросы не те, наши заботы не Божьи, наша жизнь устроена не по Его воле. Порой надо учиться слушать, что Бог говорит, а то порой мы перефразируем слов Самуила из Ветхого Завета: "слушай, Господь, твой раб говорит". Внимать Слову - умение слушать не только в рамках своего представления, а подстроиться под Глас глаголющего. Последователи православного апологета Александра Мени говорят, что очень часто они ему задавали вопросы, а он в ответе пытался говорить им совсем о другом, о царстве Божьем, что в итоге и было ответом на заданный вопрос.

Желаю вам благословенных, благоговейных и плодоносных встреч малых групп по изучению Библии! 

Laudate Dominum! (о многоязычии в церкви)

В воскресенье на собрании (богослужении) у нас в церкви было чтение и краткая проповедь на киргизском языке. При нашей поместной церкви есть небольшая группа братьев и сестер-киргизов, чему мы очень рады. Вчера их было пятеро на собрании.

На этой почве я немного размышляю над значением языков и многоязычия.

Как известно, христианская церковь началась в день Пятидесятницы с сошествия Духа Святого, что сопровождалось чудом говорения на разных языках того времени. Бог чудесным образом способствовал ученикам (не только Апостолам) прославить Его на языках присутствующих. Он мог бы конечно по-другому действовать, даруя слушателям понимание, но чудо многоязычия означало больше чем чудо "еднопонимания". Этим Бог говорил о разнообразии в сотворенном Им мире и в искупленном Им церкви, о том, что через Иисуса к Нему придут все народы, не становясь иудеями, а оставаясь при своих национальностях и родных языках. Отныне Бог Израилев обращается к людям на всех перечисленных наречиях.

Интересно подумать, какие языки для нас наиболее христианские. Иврит - само собой. Греческий - естественно, ведь на нем был написан Новый Завет и на нем совершались богослужения повсеместно. Латинский язык, язык Римской империи также приобрел важный статус и стал языком западно-христианской церкви. Но были и другие важные языки в первые века христанства: сирский (Сирия и ближний восток) и коптский (Египет). Священное Писание было переведено и на готский (IV век), армянский, грузинский (V век), древнеэфиопский, нубийский (VI век), китайский (VII в), англо-саксонский, древневерхненемецкий, франкский, арабский (VIII в.) и славянский (IX век) языки. 

Между прочим среди жителей Средней Азии были верующие христиане и мощные церкви уже с IV века, задолго до того, как были обращенные в христианства среди англосаксонов и славян.

Что касается протестантского христианства, то сразу приходит в голову, что самый главный язык - английский. Но в начале языки Реформации были другие. И кто изучает протестантское богословие и историю знает, что немецкий, французский и голландский языки до сих пор важны для чтения ключевых текстов. Более того, в современном мире испанский является важным протестантским языком. И на других языках - португальский, китайский и другие - прославляют Бога десятки миллионов верующих.

"Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились.Парфяне, и Мидяне, и Еламиты, и жители Месопотамии, Иудеи и Каппадокии, Понта и Асии, Фригии и Памфилии, Египта и частей Ливии, прилежащих к Киринее, и пришедшие из Рима, Иудеи и прозелиты, критяне и аравитяне, слышим их нашими языками говорящих о великих делах Божиих? И изумлялись все и, недоумевая, говорили друг другу: что это значит?" 
(Деяния 2:8-12)

Все равно где (или: имеет ли место духовное значение?)

Вопрос протестантский по сути, а то наши собратья православные и католики уделяют большое значение святым местам. Даже протестанты-лютеране в этом отношении скорее на стороне других "исторических" церквей.

А вот мы, стремясь к библейской простоте, порой утверждаем, что место не имеет значения. Иисус же упразднил значение место изречением Самарянке: "наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу". (от Иоанна 4:21) Или нет?

Вот, слушайте слова Господа в Ев от Матфея 18:20: "Где твое или трое собраны во имя мое, там я посреди них". Два раза Господь употребляет пространственный указатель (где, там). Он не просто говорит, что будет с ними, а посреди них.

В Малахии есть пророчество о всемирной общине поклонников Бога Израилева: "Ибо от востока солнца до запада велико будет имя Мое между народами, и на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему, чистую жертву; велико будет имя Мое между народами, говорит Господь Саваоф". (Мал 1:11) Опять же говорится о месте. 

Или же Павел в 1-м послании к Тимофею: "Итак желаю, чтобы на всяком месте произносили молитвы мужи, воздевая чистые руки без гнева и сомнения". (1 Тим 2:10)

Есть ли святые места? Там где собираются верующие во имя Иисуса, там где поклоняются, возносят молитвы, там - святое место. 

Более того, с самого начала Писания Бог говорит о месте: сначала Эдемский сад, а потом земля обетованная. Мы люди - телесны, и Бог обещает нам место. 

И даже находясь на непостоянном месте, в пути, в изгнании (Египет, Вавилон) Бог обещал быть посреди своего народа, дать ему место, где народ будет под Его благословением. 

Пусть Бог нас благословит, чтобы и это Его обетование стало для нас реально, дорого и побудило к благодарности и к святости. 

Пообещал – значит сделает

Обсуждаем вопрос о соотношении между Израилем и церковью. В связи с этим возник вопрос о ветхозаветных обетованиях и их исполнении. 

Есть версия, что те обетования Божьи Израилю при Ветхом Завете (см. подробнее ниже) будут исполнены в будущем, а то, что мы сейчас имеем во Христе - лишь перерыв в Божьей "программе" с Израилем.

Неужели так?

Давайте посмотрим какие были обетования Ветхого Завета и как Новый Завет толкует эти обетования и как они исполняются.

1. Народ. Прежде всего Бог избрал людей: Авраам и его семя (потомство). Они будут Его многочисленным народом. Кто хоть немного читал Новый Завет заметил, что дети Авраама не сколько биологические потомки, сколько те, кто разделяет веру патриарха (Рим 4, Гал 3).

2. Царь. Образцовым царем народа был Давид. Именно ему Бог пообещал, что всегда будет на престоле его потомок. И Иисуса часто называют сыном Давидовым и исполняет те обетования по отношению к Давиду. (Амос 9:11-12 ср. Деяния 15)

3. Земля. Здесь уже сложнее становится, ведь Бог пообещал Аврааму конкретную терриорию на ближнем востоке. Но даже при Ветхом Завете была надежда, что пределы царства будут ширее чем один только Ханаан (Пс 72). Послание к Евреям так толкует чаяние о земле и о покое в ней, что земная родина указывает на эсхатологическую страну, цель земного паломничества христианина (Евр 11:11,16; Евр 3-4). И обетование о земле относится к верующим: "блаженны кроткие, ибо они наследуют землю".

4. Мир и благоденствие на земле. Правление Мессии будет сопровождаться благословениями. Эти благословения начинаются и сейчас в жизни христианской общины, но в полноте они будет исполняться на новой земле.

5. Столица. Земной город Иерусалим становится образом общины верующих в Иисуса Христа. Павел говорит, что мы "дети" именно небесной столицы, а не земной, дети которой еще в рабстве, не получив спасение во Христе. Читая такие места как Исайя 2:2-4 в свете книги Деяний Апостолов мы понимаем, что Бог исполнил и исполняет свои обетования, но удивительным образом.

6. Храм. В Иезекииле и в других местах говорится о новом храме. В представлениях многих евреев а также немало христиан-любителей эсхатологии постройка храма является долгожданным событием. Возможно он и будет построен. Но скиния, и храм, были лишь образом небесной скинии, в которую вошел Христос совершив очищение своей смертью. Как гласит Евр 8:13: "ветшающее и стареющее близко к уничтожению." Храм это - Всемогущий и Агнец (Отк 22:1-5) или же сама церковь (1 Кор 3 и другие). 

Везде мы видим, что "все обетования Божии да и аминь во Христе" (2 Кор 1).

Речь не идет о каком-то богословии замещения (церковь замещает Израиля) или же о каком-то символическом толковании Божьих обетований. Если говорить о святом остатке Израиля, который признал Иисуса Мессией, то они унаследовали и получили залог всех обещаний Божьих - и получат в полноте в Новом Иерусалиме. А мы, "дикие ветхи", представители народов, которых Бог прививает в свой народ, сейчас сонаследники с Израилем, сограждане святым и свои Богу.  

Подотчетность

Подотчетность (англ. accountability) - модный термин для явления совсем не временного: необходимость наличия ответственности в жизни каждого человека.

Сегодня на конференции нашего Объединения церквей (то же что и "епархия" баптистов) мы разбирали эту тему. Мы нашли это явление в таких местах Св. Писания как Иакова 5:16, Евреям 3:13, 10:25 и другие. И многие засвидетельствовали о пользе такой практики: иметь человека или людей, перед которыми мы добровольно открываем тайны о своем поведении и своих переживаниях для получения прощения и для исправления и избежания грехов в будущем.

Конечно прежде всего мы отвечаем перед Богом и каждый отдаст отчет перед Ним в Судный день (Римлянам 14:9). А подотчетность такого рода "предзащита" или премежуточная "контрольная" перед Страшным Судом.

Конечно же, без расположения "подотчетного" никакая структура не способна "заставить" человека быть подотчетным. Он будет воспринимать подотчетность в духе "Ревизор": чисто ради того, чтобы "пройти" или же "сдать" проверку, а не из соображений исправления.

Пусть Бог благословит каждого из нас, чтобы у нас были те люди, которым можно доверять и перед которыми можем быть подотчетными! 

Чудеса

На днях я был на молодежном христианском служении, а в одном песнопении мы пели следующие слова: "Грядет пора больших чудес". Я вспомнил бесчисленные подобные собрания, на которых я и хотел прославить Бога с окружающими, но и сомневался в истинности того, что пою. Неужели я такой фарисей или такой как Авигея, которая презирала своего мужа, Давида, за его свободное прославление Бога?

Сколько раз я присутствовал на всяких христианских общениях, на которых искренне и с верой кто-то строил надежды на какие-то чудеса, которые потом не сбылись. Порой те же люди, отойдя от эмоций, сами забыли о том, о чем "мечтали".

С другой стороны в роде неверно снизить ожидания, не верить в ответ на молитву. Неужели верующий в Иисуса Христа человек должен быть в унынии, пребывать в цинизме, быть расстроенным?

Что касается чудес, то одно дело ожидать от Бога ответ на молитву (даже и чудесный), а другое дело требовать от Него, чтобы он в наше время повторил все то, что мы читаем в Евангелии и в Деяниях Апостолов. Были уникальные причины, почему именно в то время были чудеса. В Евреям 2:3-4 написано: "как мы избежим, вознерадев о толиком спасении, которое, быв сначала проповедано Господом, в нас утвердилось слышавшими от Него, при засвидетельствовании от Бога знамениями и чудесами, и различными силами, и раздаянием Духа Святаго по Его воле?" В Деяниях Апостолов неоднократно говорится о том, что Бог совершал чудеса "через Апостолов" (Деян 2:43, 5:12). Почему так говорить, если всякий верующий умел и совершал чудеса? 

Более того, порой ожидания о чудесах основаны на неверном представлении о том времени, в которое живем. В какой-то степени чудеса разовые проялвения того, что относится к будущему веку. Самый наглядный пример - воскресение из мертвых. Но в то время, в которое мы живем ("век сей"), верующие и неверующие подвержены болезни и смерти. Всякий ответ на молитву в этих вещах является по сути временным и лишь частично дает нам то, что еще предстоит в веке грядущем.

А что мы тогда можем ожидать? И как можно толковать слова Господа Иисуса: "дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду" (Иоанн 14:12)? За все три года Его служения Иисус трижды воскрешал людей из мертвых. Наверно это самое большое чудо какое только может быть. Апостолы, в том числе Павел, несколько раз повторили это чудо. Разве даже Апостолы совершали большие чудеса чем Иисус? А что тогда Он имел в виду? Должны ли мы ожидать еще большие чудеса, чем воскрешение из мертвых? Я думаю, что нет. Дело в другом. Дело в количестве. Ведь дела Иисуса, по сути, дела спасения. Для этого Он пришел в наш мир. И, по большому счету за свое земное служение Он привел ко спасению как максимум 120 или 500 человек. Однако, когда он "пошел к Своему Отцу" и излил Духа Святого, то его Апостолы и их преемники (вплоть до нас) смогли привести миллионы людей ко спасению. "и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду". Те "большие чудеса" которые мы можем ожидать перед Пришествием есть обращенные к Иисусу ученики. "Вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святый; и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли" (Деян. 1:8) 

Еще добавлю, что если уж хотим увидеть великие дела Божьи, то нет места для нетерпения или же для такой "большой веры", которая угасает при первом разочаровании или же забывает о том, о чем молится, к чему стремится. Иисус неоднократно говорил о том, чтобы мы молились с постоянством, "молиться и не унывать". Мы должны иметь долготерпение, не ища в чудесах освобождение от труда за Господа.

Пусть наши надежды будут направлены на Его волю, на то, что Он пообещал в слове Своем для этого времени. 

Самое главное - проповедь?

На днях я послушал интервью с известным проповедником, в котором он делился своими взглядами и впечатлениями о церкви и о проповеди для одной известной, консервативной семинарии. Кстати человек - мой земялк-британец, недавно переехавший в США.

По большому счету я разделяю его вероисповедание и его убеждения о служении, в частности о центральном месте Слово Божьего и проповеди в церкви. Однако слушая его, пообщавшись с ним лично и зная немного о той церкви, где он раньше служил, то что-то меня беспокоит. Складывается впечатление, что человек любит выступать и чтобы его слушали. Поднимая важность проповеди, при чем глубокой проповеди-изложения отрывка с богословским уклоном, человек реально в опасности, все свести к этому. Христианство сводится к восприятию прекрасных, богословски грамотных проповедей, а его служение к их подготовке и произнесению. Даже благовестие понимается в таком исключительно "провозгласительном" ключе: даже неформальные встречи в кафе являются еще одной возможностью для выступления и чтобы задавали вопросы по его выступлению. А работа с людьми? А поприще христианского ученичества? Похоже, все затмевает упор на Слово.

Я уже несколько дней мысленно возвращаюсь к этому интервью. Ведь такой гипер-упор на проповедь влияет и на то, как человек верит и живет христианской жизнью. Ведь в чем суть веры? Что значит верить? При таком раскладе вера может быть искажена, вместо личного доверия к Спасителю став приверженность к определенной доктринальной системе. Также с ученичеством: какое место занимает любовь в христианской жизни сторонников такого подхода? Не заменена ли любовь "применением принципов" или же чем-то респектабельнее чем простая любовь?

Я не ставлю под сомнение Слово Божье или же центральное место служения Слова, однако вижу в них скорее средство чем цель. А цель в том числе выражена в слове "участие", то есть не просто знание о евангельских событиях и истинах, а причастность к ним, познание Христа распятого и воскресшего во спасение. А познание в полном смысле слова "познание" (не только "отношения с Богом"). 

Кто контролирует прошлое, тот контролирует и настоящее время

"Кто контролирует прошлое, тот контролирует и настоящее время". Это - слова из романа Джорджа Оруэлла о тоталитаразме под названием "1984". Герой этой книги жил при фиктивном социалистическом государстве в Британии в 1984г и работал в Министерстве Правды, исправляя под заказ партии статьи из прошлых газет, чтобы они соответствовали нынешнему политическому курсу.

Кстати то, что он описывает и происходило отчасти при Советском Союзе. Сравните две фотографии справа: на одной присутствует соратник Сталина, Ежов, а после его казни в 1940г того же Ежова убрали из фотографии.

Позже, уже после смерти самого Сталина, был казнен глава КГБ, Лаврентий Берия, и заменили портрет и биографическую статью о нем в Большой советской энциклопедии статьей о "Беринговом проливе“.

Однако дело в том, что прошлое "контролировать" нежелательно и невозможно. Наверно неизбежно, что мы какие-то события из прошлого по-разному оцениваем, но сами события по сути не подвергаются сомнению. Есть люди, которые отвергают, к примеру, геноцид евреев во время Второй мировой войне или же ставят под сомнение существование каких-то исторических личностей (вплоть до самого Господа Иисуса Христа), но эти отчаянные попытки несостоятельны. Что было то и было. Учиться надо на том, что на самом деле было, как бы нам это ни понравилось.

Есть в прошлом события "более удобные" и "менее удобные". Если касательно церкви, то есть события якобы "подтверждающие" торжество истины в мире, такие как рост церкви в первые века, влияние христианства на общество или же какие-то герои веры, вдохновляющие своим примером. Еще и неудобные факты, такие как исчезновение церкви в северной Африке, межконфессиональная рознь во время Реформации или же процесс секуляризации в странах западной Европы. Есть еще и третья категория неоднозначных событий, например, возрождение христианства в посткоммунистических странах (Польша, Россия итп). Если наша задача - доказать свою правоту, то наверно надо избирать события, а если нам истина важнее и хотим учиться на примерах прошлого, то именно неудобные и неоднозначные события более полезны. Кстати такое и наблюдается в Священном Писании, которое повествует не только о "победах", но и о всем что было при наших отцах в вере.

Надо смотреть истине в глаза, докопаться до фактов и их осмыслить. История не такая гибкая, что она может служить всякой нашей прихоти. Если мы что-то исказим, то когда-то это станет известным. "Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, и ничего не бывает потаенного, что не вышло бы наружу." (Марк 4:22) Порой именно исторический результат каких-то решений или действий вразумляет нас и заставляет пересмотреть какие-то позиции.